Я решился на это после того, как Уилма Феррис целое утро провела по другую сторону моего письменного стола, приводя вполне разумные доводы. Ее компания, безусловно, не бедствовала, даже была прибыльной. Но не настолько, как могла бы. Она нарисовала мне целостную картину. Фабрика находится в Джерси. Там две производственные линии, выпускающие косметику. Одна линия изготавливает продукцию для фирменного магазина, продающуюся по высоким ценам. Это символ роскоши, но дает зарабатывать на хлеб насущный. Продукция второй линии в больших объемах с минимальной наценкой на себестоимость реализуется через сеть розничных магазинов, и это осуществлялось из рук вон плохо. Уровень продаж стал снижаться. Но заведующий отделом сбыта недавно оказал фирме услугу — отдал богу душу. Она хотела оздоровить ситуацию со сбытом, реорганизовать всю систему поставок. Предложила мне хорошее жалованье. Я обговорил это с Мэвис. И принял предложение. Уилма Феррис, знаете ли, привела очень разумные доводы. В какой-то момент голос ее стал более грудным, хрипловатым, она посмотрела мне в глаза и сказала:

— Никогда не пытайтесь одурачить меня в том, что касается бизнеса, Пол. Я начинала его вот этими руками в квартире на четвертом этаже, в доме без лифта. Начинала с «Феррис крем». Смешивала эту бурду в чане, оптом закупала склянки. Придумывала этикетки и наклеивала их. Наполняла склянки, закрывала их крышечками, торговала ими вразнос и нарабатывала себе клиентуру. Никогда не пытайтесь меня одурачить.

— Зачем вы мне это говорите?

— Многие люди пытаются это сделать. Думают, что могут оттяпать у меня кусочек бизнеса только потому, что я трачу на него так мало времени. А я трачу на него так мало времени, потому что я заработала себе праздность. Ради этого и работала. Я живу в свое удовольствие, Пол. Получаю массу удовольствия от жизни. Нанимаю людей, чтобы они работали, и предоставляю их самим себе, пока играю.